ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ

Поиск по сайту

Сейчас 1 гость онлайн
«...И ПОКИДАЯ ДОМ СКОРБИ (История одного безумия)»

УДК616.89
ББК 56.13
Г49

Гиндин В.П.

Психопатология в русской литературе

Г 49 "...И покидая дом скорби (История одного безумия) ". — Омск, 2008. — 160 с.
ISВN 5-86849-036-3

В сборник вошли произведения известного омского психиатра-психотерапевта. Книга адресована широкому кругу читателей.

© В.П. Гиндин, 2008

Отрывок из книги
"...И покидая дом скорби"

ГЛАВА II Виктор, ноябрь 1988 года

Оставив Олега у старого скрадка-шалаша и велев ему нику­да не уходить и ждать нас, мы быстро дошли до новых скрадков, сооруженных Ефимычем, и заняли свои позиции в шалашах.

Вдруг что-то зашумело, и большая тень на момент закрыла месяц, светивший через отверстие в крыше.

Первый глухарь прилетел, жди второго, - прошептал Ефимыч.

Действительно, вскоре зашуршали крылья, и вторая птица уселась на ветку пихты, росшей рядом с шалашом. Я уже было приготовился стрелять, но Ефимыч, приложив палец к губам, к чему-то прислушался и вдруг стремглав выскочил из скрадка. Издалека доносился пронзительно-отчаянный крик. «Олег!» -пронеслось у меня в голове.

-Вовка, бежим, что-то с Олегом случилось!

И мы побежали. Джим несся впереди и без умолку лаял.

Подбежав к шалашу, мы услышали изнутри доносившиеся рыдания, перемежаемые воплями.

При свете фонарей перед нами предстала картина, заставившая заледенеть мое сердце.

В яме по пояс стоял Олег. Взгляд его был безумным, он то скулил, как собака, то начинал пронзительно кричать:

Ева. Ева, ты пришла ко мне, давай снова полетаем, как в дни нашей любви!

Рыдания сотрясали его тело. В одной руке он держал человеческую кость, а в другой сжимал что-то блестящее.

Олег нас не узнавал, на вопросы не отвечал, вытащить его из ямы мы, трое здоровых мужиков, не могли. Он упирался, кри­чал, что он останется здесь с Евой. Наконец, связав Олега, нам удалось вытащить его из ямы. Ефимыч побежал в деревню за подмогой. А мы с Володей остались возле лежащего на свеже-нарубленном лапнике Олега. Джим несколько раз подбегал к нему, облизывал лицо, скулил. Видимо, это как-то успокоило нашего друга. Он затих и, глядя в светлеющее небо, что-то бормотал. Мышцы его расслабились, и мне удалось разжать ему руку с зажатой костью, а в другом кулаке я нашел золотую цепочку с католическим крестиком.

Мы с Вовкой были так ошарашены случившимся, что не могли ничего сказать друг другу, глядя на пустые глаза Олега и его шепчущие что-то губы.

Вскоре подоспела возглавляемая Ефимычем подмога из трех деревенских мужиков. Они положили Олега на самодельные носилки из жердин и брезента, и наша почти траурная процессия двинулась в деревню.

Молоденькая фельдшерица, сменившая знаменитую бабу Лиду, наколола чем-то Олега и велела везти его в районную больницу.

Весь путь до районной больницы, несмотря на чудовищную тряску, Олег находился в забытьи, привалившись к Джиму. То звал Еву, то что-то бормотал.

В больнице Олега поместили в отдельную палату, узнав, что он врач. Заведующий отделением просил нас не беспокоиться, сказав, что у Олега реактивное состояние, которое хорошо лечится. Просил только сообщить родным о случившемся.

Приехав домой, я позвонил Юле и рассказал, что случилось с Олегом. В трубке повисло молчание, а потом Юля прерывающимся от рыданий голосом прошептала:

Господи, опять Она. Из могилы не может оставить Олега в покое.

Что, разве это не в первый раз?

Да это длится уже четыре года. Олег периодически зовет Ее, разговаривает с Ней. Только последний год немного успокоился. Теперь снова будет «летать».

Куда летать? - с изумлением спросил я.

Да не знаю куда, но все время с Ней. Будь проклят тот июльский день, когда нас с Олегом свела судьба!

Расскажи подробнее, я ничего не могу понять. Мистика какая-то.

Нет, всего не расскажешь, да я и не хочу вникать в этот фантастический бред. Сейчас Вадика завезу к маме и поеду к Олегу.

Рассказанное Юлькой никак не укладывалось в голове. Олег же был слишком правильным, разумным, добрым человеком. Талантливый психиатр, заведующий отделением в психиатрической больнице. Больные, а чаще их родственники обожали молодого, знающего и приветливого доктора.

А как было славно! Наша дружба с Олегом длилась уже бо­лее 10 лет.

Знакомство с ним произошло при обстоятельствах, в некотором роде драматических.

Мы с Вовиком учились в одном классе, потом наши пути разошлись. Я поступил на юрфак университета, а Вовик на фа­культет информатики политехнического института. Но дружба наша продолжалась.

Однажды в медицинском институте состоялся праздничный первомайский вечер. Нужно сказать, что в этом учебном заве­дении учились самые красивые девочки при минимальном числе парней. На вечера в мединститут слетались как мухи на мед студенты технических вузов. Очень часто возникали конфликты между представителями мужского пола из-за прекрасных дам.

Вот и в этот раз мы познакомились с двумя хорошенькими студентками, с которыми вели неспешную беседу о том, что, где и почем.

Особенно смешил Вовка, рассказывая были и небыли, каламбурил - в общем, быстро стал душой компании. Девчонки смотрели на нас во все глаза и чуть было не открывали свои крашеные ротики.

Танцевали самозабвенно. Девчонки поднимали руки, отки­дывали волосы, страстно изгибались.

И вот во время одного из танцев к партнерше Вовика подходит пьяный парень и молча начинает тащить куда-то упирающуюся девушку.

Видя такой беспредел, я подошел к пьяному и, схватив сзади за нечесаные волосы, оторвал его от девчонки. Парень, матерясь, полез в драку и было уже хотел меня ударить, как появился стройный светловолосый парень крепкого телосложе­ния, с красной повязкой на рукаве куртки. Он спокойно заломил пьяному руку, и тот, корчась от боли и сыпля матерными фразами, был выведен из зала.

Парень, вступившийся за нас, подошел к нашей компании и извинился за инцидент.

Остаток вечера был испорчен, и мы засобирались домой.

Парень с красной повязкой сказал:

Я вас провожу. Эта шпана имеет обыкновение мстить пошакальи.

Мы с Вовкой отнекивались, говоря, что сами можем постоять за себя

Ну что, фраерки, разговаривать будем или как? – раздался вдруг за спиной хриплый голос.

Мы вышли из института через боковой вход в темный переулок, и нас там ждали. Их было трое, и нас было трое. Мы остановились, отослав полумертвых от страха девчонок в институт.

Наш парень прямым ударом в челюсть вырубил главаря, остальные бросились бежать. Парень наклонился над лежащим, пощупал пульс на височной артерии.

Будет жить, а говорить долго не сможет, я ему челюсть сломал.

Так началось наше знакомство, переросшее в крепкую дружбу. Парня звали Олег.

Он учился на первом курсе мединститута, мы с Вовкой тоже были первокурсниками. Олег жил в общежитии института. Его родители - врачи работали в больнице одного из районов области. Мы с Вовиком жили в больших родительских квартирах, так что возможностей для постоянного общения было больше чем достаточно.

Встречались два-три раза в неделю, ходили компанией в кино, на дискотеки. Летом становились самодеятельными туристами. Совершали походы по Южному Уралу, были в Теберде, Домбае, Бакуриани, Карпатах, сплавлялись на байдарках. Вот только на охоту Олега никак нельзя было залучить. Он любил и флору, и фауну и не хотел стрелять в живых беззащитных животных, называя это преступлением против природы.

Когда первобытный человек охотился на плавающую, летающую и бегающую живность, он добывал пищу для своей семьи, чтобы не погибнуть голодной смертью.

Когда же современный человек покупает пищу в магазинах, то стрелять, да еще обманом и хитростью, бедных животных - это преступление, - говорил Олег.

Ну, ты же ешь колбасу, отбивные, куриные крылышки - они тоже когда-то бегали, - отвечали мы.

Я не вегетарианец и не «зеленый». Я не отказываю себе в удовольствии съесть ростбиф с кровью, но я знаю, что сбалансированное питание обязательно содержит животный белок. И не надо передергивать, мои друзья.

Незаметно прошли годы учебы. Отгремели, отзвучали выпускные вечера.

Вовик начал работать в КБ одного из оборонных заводов. Я служил следователем в районной прокуратуре.

Олег же продолжал шестой год учиться в мединституте. Успешно сдав госэкзамены, он был зачислен в клиническую ординатуру при кафедре психиатрии.

Мы продолжали встречаться. Все еще были неженаты, и время летело впереди нас. Отучившись один год в ординатуре, Олег объявил нам, что его назначили врачом в студенческий стройотряд. В конце августа он должен был вернуться. Мы жда­ли его звонка, но наш друг позвонил только через две недели.

Ребята, - сказал он, - простите меня за молчание, но случилось огромное событие в моей жизни - я по уши влюбился.

Мы с Вовкой открыли от изумления рты, и я не нашелся что сказать на это сообщение, кроме банальности.

Кто твоя пассия, откуда она свалилась, где была?

Она прилетела, - сказал без смущения Олег. - На следующей неделе, если разрешишь, мы к тебе приедем, и ты, Виктор, ее увидишь.

В нашем с Вовкой нетерпении прошла неделя. И вот Олег привел Ее.

Это была небольшого роста, стройная рыжеволосая девушка с огромными миндалевидными зелеными глазами. Матовую кожу ее иконописного лица покрывали мелкие веснушки. Небольшой прямой носик, пухлые, слегка подкрашенные губы, небольшая грудь и стройные ноги из-под мини-юбки. Такой предстала девушка, помутившая рассудок нашего друга.

Знакомьтесь, - обратился к нам Олег, - это Ева, она учит­ся на третьем курсе мединститута и тоже будет врачом. Мы с ней познакомились в стройотряде.

Вечер прошел незаметно. Мы пили сухое красное вино и заедали его фруктами. Вовик вовсю хохмил, распуская перед этой красавицей павлиний хвост. Ева оказалась малословной, по-видимому смущаясь в компании взрослых мужчин.

Часа через два Олег засобирался уходить, сказав, что Еве нужно быть дома не позже 10 часов.

После этого вечера Олег все реже и реже стал звонить. Ви­делись мы нечасто и то мельком.

О своих любовных отношениях он не рассказывал, а мне неудобно было расспрашивать. Еву я больше никогда не видел. Прошел еще год. Вдруг Олег звонит и говорит, что он снова едет врачом стройотряда вместе с Евой.

Миновал август, сентябрь, а об Олеге ни слуху ни духу.

Однажды раздался телефонный звонок, и женский голос сообщил, что Олег тяжело болен и лежит в больнице.

Кто со мной говорит? - спросил я.

Меня зовут Юля, я была подругой Евы, ваш телефон я нашла в записной книжке Олега. Я сейчас дежурю у его постели.

Что значит вы были подругой, где Ева?
Помолчав, Юля ответила:

Евы больше нет, она исчезла.

Как исчезла?! - едва опомнившись, воскликнул я.

Приезжайте, я все расскажу.
Созвонившись с Вовиком, мы поехали в больницу.

В палате на койке лежал Олег. Его трудно было узнать. Он очень сильно исхудал, кожа приобрела сероватый цвет.

У постели в белых халатах сидели хорошенькая девушка со светло-русой косой, перекинутой через плечо, и женщина средних лет, наверное, мать Олега.

Наш друг лежал с закрытыми глазами, потом, слабо пошевелившись, посмотрел на нас. Улыбка чуть тронула его губы. Рука Олега была горячей, сухой и слегка ответила на мое руко­пожатие.

- Как твои дела, Олежек? - спросил участливо я. Олег слабо махнул рукой и еле слышно прошептал:

- Дела мои идут хорошо. Юля здесь, мама здесь, вы здесь, и я здесь, а мне нужно быть с Ней. Зачем она улетела?

Юля и мать отчаянно замахали на нас руками, показывая на дверь. Следом за нами выбежала Юля с глазами полными слез.

Так что все-таки случилось? - спросил я.

Я не могу сейчас говорить, - заплакав, ответила Юля.

- Олег поправится и все сам расскажет. Не приходите в больницу больше.

Мы молча в растерянности пошли к выходу.

Я периодически звонил Юле домой. Она уклончиво отвечала, что Олег идет на поправку и что его скоро переведут в отделение реабилитации.

К ноябрю Олег выписался из больницы, и он продолжал ра­ботать в той же должности.

Через год Олег и Юля поженились. Мы с Вовкой были по­четными гостями.

«Свадьба пела и плясала», а жених с невестой были как в воду опущенные. А когда крикнули «горько!», Олег только слегка прикоснулся губами к щеке Юли. Это был не поцелуй, а какой-то клевок.

После свадьбы Олег звонил редко и мы не встречались. Увиделись только на рождении его с Юлей сына Вадика.

Олег был необычайно весел, шутил, смеялся, обнимал и целовал, не стесняясь, Юльку, а она, раскрасневшаяся, счастливая, не отводила влюбленных глаз от мужа.

Расстались мы по-доброму, сговорились встречаться чаще. Но встречи не получались, потому что мы с Вовкой оставались старыми холостяками, а Олег все свое свободное время посвящал сынишке и жене.

О случившемся с ним в августе 1984 года Олег ничего не рассказывал, отвечал, что не помнит, а о Еве мы не спрашивали, потому что Юля, провожая нас от подъезда, умоляла не спрашивать Олега о ней.

И вот наступил роковой ноябрь 1988 года, когда мы с Вовкой коснулись страшной тайны Олега

...

Книга " ...И покидая дом скорби" (формат *.pdf)


 
 
новые методы лечения алкоголизма и наркомании

Эмоционально - стрессовая психотерапия алкоголизма

лечение норкомании и алкоголизма, зависимостей

Групповая психотеррапия

авторский метод "Кристалл"

На презентации книги

Новое в лечении наркомании и алкоголизма

Сертификат Европейского Регистра

Икона БогоМатери «НЕУПИВАЕМАЯ ЧАША»

Наш опрос

Как вы нашли наш сайт?